Специалисты выделяют неуспеваемость, так сказать, глобальную (когда ребенок с удручающей стабильностью «не тянет» оба основных предмета – и математику, и русский язык, то есть письмо+чтение) и специфическую (неуспеваемость лишь по отдельным предметам: например, читает ребенок прекрасно, а вот математика ему не дается совсем – либо наоборот).
Объясняются эти два разных вида отставания в учебе (глобальный и ситуативный), конечно, различными причинами, но главные из них – недостатки в развитии познавательной сферы и низкая мотивация у ребенка.
Психологи выделяют обычно три группы неуспевающих первоклашек:
– детки с низкой интенсивностью учебной деятельности;
– детки с низкой эффективностью учебной деятельности;
– детки с сочетанием этих проблем в различной комбинации.
Дети, которых относят к первой группе, что называется, «не находят себя» в учебе. Как только выясняется, что учиться не так-то просто, ребенок теряет к учебе интерес и работает «вполсилы», потому что главными его мотивом является не познание, а стремление к признанию, похвале и/или лидерству. И если нет возможности быть первым в учебе, ребенок выбирает самый легкий для себя путь: он снижает интенсивность занятий до минимума (так, чтоб «не влетало») и концентрирует свои силы вместо этого на чем-то другом.
Хорошо, если это «другое» окажется социально приемлемым внешкольным занятием: спортом, прикладным искусством и т.д. Однако нередко дело обстоит хуже: ребенок пытается завоевать лидерство в классе «всеми правдами и неправдами», привлекая к себе внимание, как умеет – нередко и асоциальными способами.
Словом, эти дети ходят в школу не учиться, а общаться и самоутверждаться. Поскольку каждый ищет то, что ему более всего недостает, можно сделать вывод о том, что проблема кроется именно в недостатке приятия ребенка окружающими и самим собой, отсутствием у него в свои 7 лет спокойной уверенности в том, что он – хороший, любимый и успешный.
Детки второго типа, как говорится, и рады бы, да не могут. Их трудности объясняются тем, что у них просто не хватает словарного запаса, опыта общения и познаний об окружающем мире, общего интеллектуального развития. Это объясняется либо низким культурным уровнем родителей, которые не смогли всего этого обеспечить, либо микропоражениями коры головного мозга у ребенка (либо и тем, и другим вместе).
Отдельной подгруппой здесь можно выделить леворуких детей (их около 10% – то есть в каждом классе как минимум один найдется). Такие детки имеют определенные особенности мышления, они пишут несколько по-другому и даже думают не так, как «обычные» дети. К счастью, в наши дни практически уже не встречаются педагоги, стремящиеся «переучивать» таких малышей (поскольку тема о вреде такой «перековки» уже давно исследована и многократно озвучена): ведь это не порок, не каприз и не упрямство, это – особенность развития ребенка. Однако программа средней школы ориентирована по-прежнему на детей «традиционных», поэтому многие проблемы левшей по-прежнему остаются актуальными: им трудней дается письмо, и это именно их касается проблема «специфической» (то есть – однобокой) неуспеваемости.
Дети третьей группы наиболее проблемны в смысле прогноза развития ситуации: они психологически не готовы к школе. Другими словами, такие детки не умеют и не хотят учиться, им непонятно, зачем это вообще нужно и какое удовольствие можно получить от «добывания» новых знаний: интеллектуально они совершенно пассивны.
Вопрос «кто виноват» я намеренно не ставлю в данной статье, потому что ответ очевиден: те, кто воспитал ребенка таким – неуверенным в своих силах, нелюбопытным, умственно ленивым, безынициативным. Но дело не в этом: родители, конечно же, ждут не критики в свой адрес, а поддержки и рекомендаций – что теперь с этим делать.
Об этом и пойдет речь в следующей статье, поскольку преодолеть неуспеваемость на начальном этапе обучения очень важно: «неуспевающий» – суть «неуспешный», а мало кто хочет, я думаю, чтобы его ребенок шел по жизни с мироощущением неудачника….
Наталья Проценко
ШколаЖизни.ру
